Советский кинематограф продолжает сохранять свое обаяние и в новой культурной ситуации, пока что подростково жестокой. Но ведь советский кинематограф это не только масштабный Довженко и грандиозный Эйзенштейн.
Советский кинематограф продолжает сохранять свое обаяние и в новой культурной ситуации, пока что подростково жестокой. Но ведь советский кинематограф это не только масштабный Довженко и грандиозный Эйзенштейн.
Общая проблема критических текстов в том, что они часто сближаются с филологическими, литературоведческими, — слишком научно для обычного читателя, слишком скучно и занудно. Но от «Строгого отчета» не сводит зубы, это написано очень живо, легко, нет «воды», собран интересный материал, все подробности на своем месте.
Чанцев живет и пишет так, будто этого узкого круга нет и не было. А было некое сообщество на некоей планете, до которого нужно донести красоту.
Абсолютное большинство поет дифирамбы. В 2023 году книга получила Пулитцеровскую премию, в 2022-м побывала в лонг-листе Букера.
Это хороший прием — взять и продолжить в литературе жизнь, пусть и придуманную, уже покинувшего мир человека.
Анализу двусмысленности и неопределенности мира, созданного Толкиным, посвящена большая часть книги — светлые персонажи Толкина часто поступают совсем неблагородно, например, Арагорн отрубает голову вражескому парламентеру, что по сути является военным преступлением, а Гэндальф пытает Голлума — некомбатанта с психическим расстройством.
Говорит чистая душа, душа Мандельштама, отделившаяся от тела…
Миша, иногда включая телевизор, я думаю, что я не просто устарел, а что я уже умер!
Каждый остается на периферии судьбы другого. Каждый не находит своего места в обществе, в естественной для себя среде.
Эти зарисовки – оммаж записям, которые делала поэт Елена Шварц. Собирались они годами.