Жизнь уродливого мальчика изменилась в тот момент, когда он впервые сел за фортепьяно, случайно, на празднике в гостях у одноклассника, — и оказалось, что у него редкий музыкальный дар.
Жизнь уродливого мальчика изменилась в тот момент, когда он впервые сел за фортепьяно, случайно, на празднике в гостях у одноклассника, — и оказалось, что у него редкий музыкальный дар.
Но что же на других просторах? Суггестивность поэзии, на мой взгляд, не должна провоцировать или напрямую вызывать «семантический выкидыш» (О. Мандельштам).
Чанцев живет и пишет так, будто этого узкого круга нет и не было. А было некое сообщество на некоей планете, до которого нужно донести красоту.
Самый слепой — самый ближний. Все эти события, малолетним свидетелем которых я зачем-то стала, только сейчас, спустя время, открываются передо мной.
Рыжих гнёзд многоэтажки
Глубоко в золотистый цвет
В голове было пусто, точнее, никак. Так, наверное, выглядит слепое одиночество, когда некому доверить свои глупые страхи, истеричные опасения, обнаженные тексты.
Художественное пространство в стихах Кашеварова начинается с полной деконструкции. Отправная точка лирического повествования разрушается на глазах читателя.
Как бы ни хотелось интуитивно приписать слову Гариной оттенки интертекстуальной связи с японской поэтической традицией, не поддадимся искушению.
А должны они срабатывать? Как именно? Когда должны срабатывать? На ком они должны срабатывать?