Рассветы и закаты на самом деле хороши, ради них одних прилететь стоило. И мягкие волны лижут ступни, потом колени, бедра. Глубже и глубже идешь, вот она уже плывет к острову, кобальтово сгорбившемуся на горизонте.
Метка: современная проза
Юлия Стоногина ‖ Три недели в городе А.
По бульвару, минуя столики шести кафе подряд, где на нее оборачивались в ритме «волны» болеющего стадиона, в сливочном комбинезоне и с фигурой Мэрилин Монро, шла девица, ослепляя золотой верхней челюстью.
Ольга Пруденко ‖ Один день из жизни Мо Цзы
Забежав в квартиру, Мо Цзы ринулся на кухню, дрожащими руками достал из мусорного ведра скомканную газету и, еще раз пробежав глазами объявление, забегал по комнате.
Алексей Караванов ‖ Никакое время года
Дул ветер, но не приносил тему. Летели облака, но с них не падала тема. Впереди, где-то в поле, мелькали какие-то тени в траве, но вряд ли там лежала скрижаль с темой.
Многиа круги на воде
Однако роман хорош сочетанием повесточных и нравственных смыслов.
«Внутрь» — это в душу
В стране, победившей дефицит, ажиотажный спрос возникает в любой душещипательной ситуации. Ведь давать, но не отдавать лучше детей умеет только власть.
Светлана Храмова ‖ Фантомные дети
Фантомные дети, существующие лишь в воображении родителей. Нет, они дышат, растут и живут — но папа с мамой наделяют их качествами, которых нет и в помине. Отпрыск послушен старшим, ему незачем развиваться и взрослеть…
Андрей Бульбенко, Марта Кайдановская ‖ Теперь ты дома
Дома тепло и всё очень хорошее. На завтрак было молоко с костями и черепами. Они сладкие и хрустят как настоящие. Их надо выловить и схрумкать по-быстрому, пока они не утонули в молоке и не потеряли свою хрумкость.
Саша Тырля ‖ Это простая история prostego życia, totally
Отблески лучей, словно мотыльки, застряли в паутине листвы, оседая слепящими коконами в выемках тротуарных плит да на каньонах рельефных морщин. Струны икроножных мышц удерживали виртуозную позу Данте тихих окраин.
Елена Грэг ‖ Галатея
Звонков больше не будет. Вдыхай тишину. Смотри и дивись, как небо возвращает себе краски, заполняя зрачки спелыми вишнями, аквамарин разливается по коже облаков, на запястьях шелковые ленты, соединившие две руки.