Это хороший прием — взять и продолжить в литературе жизнь, пусть и придуманную, уже покинувшего мир человека.
Это хороший прием — взять и продолжить в литературе жизнь, пусть и придуманную, уже покинувшего мир человека.
Это текст-водоворот, вместе с Сашей читатель как бы бесконечно ходит по кругу, из которого невозможно вырваться, спутанные времена, грезы, сны, воспоминания.
Прочитав сейчас повесть взрослыми глазами, я, конечно, увидела пародию на тоталитарные режимы, порицание подхалимства, самопредательства ради комфорта, приспособленчества.
Анализу двусмысленности и неопределенности мира, созданного Толкиным, посвящена большая часть книги — светлые персонажи Толкина часто поступают совсем неблагородно, например, Арагорн отрубает голову вражескому парламентеру, что по сути является военным преступлением, а Гэндальф пытает Голлума — некомбатанта с психическим расстройством.
Миша, иногда включая телевизор, я думаю, что я не просто устарел, а что я уже умер!
Его будущие гости позволяют себе роскошь задержаться, выбирая подарок.
От вопросительного знака до восклицательного и обратно один шаг.
Кажется, настолько ясно чувство, владевшее безвестным сочинителем (увы), что совсем непросто даже задать вопрос о смысле этих строк. Кровожадный разбойник собирается дать ответ царю, рассказать ему правду, но зачем? Неужели, чтобы быть «пожалованным» специфическими хоромами?
Облако — нечто противоположное чёрному человеку, таинственный заказчик восхищений, достающихся новым людям за гранью былого. Однако не стоит быть облаком в штанах, у каждого своя жизнь, которая должна меняться благодаря замыслу, а не произволу.
И действительно, мы видим, как один вид ящиков стола после совершенного заставляет внимательно смотреть в каждый ящик, а воспоминание о точном времени на часах приводит к настоящему, к развязке.