Kolonka Lebedevoj

Нестареющая советская сказка © Дарья Лебедева

 

Владимир Аринин. Оранжевая звезда. Сказки и фантазии. — Архангельск: Северо-западное книжное издательство, 1979. — 127 с.

Была у меня в детстве любимая-любимая книга, образы из которой я пронесла через всю жизнь. Одно время я думала, что потеряла ее при переезде, потом нашла на антресолях целую коробку с детскими книгами — там была и она. При следующем переезде я уже заботливо поставила ее на полку с другими драгоценными томиками, но всё не решалась перечитать. Не всегда истории, которые в детстве кажутся прекрасными и производят сильное впечатление, проходят проверку возрастом и опытом. Но на днях я просто взяла и прочитала ее — как пластырь сорвала. Она оказалась именно такой — яркой, грустной, смешной, какой я ее запомнила. Повесть вологодского писателя Владимира Аринина (1935–2020) «Оранжевая звезда» очень компактная, но насыщенная образами, деталями, точными наблюдениями и юмором — идеальный состав для книжки, которая захватит ребенка, но и заставит задуматься взрослого.

Обычный советский школьник решает прокатиться на велосипеде, и в поле находит ракету, похожую «на огромный нераскрывшийся цветок». Он заходит внутрь и узнает о цивилизации людей-цветов, живущих на планете, которую они называют Оранжевой звездой. Недолго думая, пацан заводит двигатель и отправляется на корабле на его родину.

На Оранжевой звезде правит диктатор Пырей, и полеты в космос строго им запрещены. Его советник Люпин испуганно будит правителя среди ночи, чтобы сообщить — запрет нарушен самым наглым образом, и космический корабль вот-вот сядет недалеко от дворца. Приземлившегося земного мальчишку сажают под стражу, затем подсылают к нему дочерей Люпина Астру и Хризантему (о, как мне в детстве нравились обе эти сестры, совершенно разные по характеру!) Читатель знакомится и с другими жителями планеты: с историком Бессмертником, который раньше изучал прошлое Оранжевой звезды, а теперь стал придворным биографом и пишет что-то в духе: «Благодаря великому правителю Пырею ярко сверкал солнечный свет, текли реки, цвели цветы и пели птицы» (как в стихотворении Юрия Влодова: «Прошла зима, настало лето — спасибо партии за это!»). С бездарным поэтом Васильком: «И вскоре к нему пришла тема. Глядя в распахнутое окно, Василек почувствовал приступ вдохновения. Он решил, что напишет именно про распахнутое окно. Но вскоре тема показалась ему слишком большой. Он решил ее сузить и написать про форточку». С Пионом-шпионом, который вынюхивает для Пырея информацию о неблагонадежных жителях: «Пион происходил из старинного рода, известного своим благородством и красотой. Конечно, его далекие предки, темно-красные, розовые и белые Пионы не могли представить себе, кем станет их родственник при правителе Пырее. Признаться, и сам Пион-шпион первое время не слишком охотно выполнял возложенные на него обязанности. А потом ничего… привык».

Названия цветов писатель использует весьма искусно, показывая абсурд некоторых ситуаций: например, Герань служит горничной у миллионерши Крапивы. В дело идут и реальные свойства олицетворенных растений — Пырей захватывает власть, потому что он дикорастущий сорняк, который невозможно выкорчевать: «Правда, он пытался бороться с Пыреем: оборвет, бывало, все стебли сорняка на одном конце клумбы, а глядь — Пырей растет на другом ее конце. <…> Уже вскоре он уничтожил все цветы на клумбе, а затем начал захватывать все новые клумбы и сады».

Одна из самых драматичных фигур в книге — математик Трилистник. Когда-то он написал книгу «Математика — это загадка», но Люпин сжег рукопись, сказав, что она содержит опасные мысли, и заставил Трилистника написать книгу «Математика без загадок», которая принесла автору известность, но не принесла покоя: «Я радовался всему этому — богатству, славе, успеху. Я гордился всем этим… Но в глубине души очень страдал. Ведь я знал, что пишу неправду. И я не выдержал… и начал работать тайком». Он делится с Хризантемой своим открытием — миром, в котором существует еще одно, четвертое измерение, — и хочет взять ее с собой, чтобы, вернувшись, она рассказала отцу обо всем, что видела, хочет таким образом доказать Люпину свою научную правоту. Но она отказывается, и он уходит один. Не менее трагична фигура самого Люпина, когда-то мечтавшего о полетах в космос, но вынужденного подчиниться Пырею. Именно он оказывается одним из строителей той самой ракеты, в которой прилетел земной мальчик.

Конечно, сказка заканчивается хорошо, но в ней происходят и трагические события, герои испытывают печаль, страх, уныние и — наоборот — желание бороться, бесстрашие, благодарность и любовь. В детстве больше впечатляли их приключения, хотя сцена с уходящим в неизвестность Трилистником будоражила и вспоминалась долгие годы после прочтения книги, когда я уже давно выросла. Прочитав сейчас повесть взрослыми глазами, я, конечно, увидела пародию на тоталитарные режимы, порицание подхалимства, самопредательства ради комфорта, приспособленчества. Эта книга — гимн творчеству, мечтам, свободе, верности себе и своим близким. Не думаю, что она хоть сколько-нибудь устарела.

Дарья Лебедева

 

Дарья Лебедева © Колонка автора

 

 

 

Если мы где-то пропустили опечатку, пожалуйста, покажите нам ее, выделив в тексте и нажав Ctrl+Enter.

Loading