В голове было пусто, точнее, никак. Так, наверное, выглядит слепое одиночество, когда некому доверить свои глупые страхи, истеричные опасения, обнаженные тексты.
В голове было пусто, точнее, никак. Так, наверное, выглядит слепое одиночество, когда некому доверить свои глупые страхи, истеричные опасения, обнаженные тексты.
Мир рассказов этого автора небезопасен: зыбок, ненадежен, здесь ничему нельзя верить. Сон, морок пропитывают, отравляют реальность. Герой блуждает в тяжелом тумане, страдая от одиночества и безмолвия безучастного мира.
Он светловолосый, светлоглазый, высокий, чуть полноватый, любит стихи, старое кино, горький шоколад. Есть столько вещей, через которые можно его описать, но люди обычно видят лишь его глухоту. Она не равна ему.
Мама была в отчаянии, в растерянности и вела себя странно. Она то и дело доставала из сундука свою пропахшую нафталином каракулевую шубу, пристально смотрела на меня и просила сказать «Бе-е-е».
Был выбран подходящий знак для того, чтобы указать на нечто, не имеющее конца, не знающее границ, не помещающееся в рамки, что-то Сродни Чуду.
Художественное пространство в стихах Кашеварова начинается с полной деконструкции. Отправная точка лирического повествования разрушается на глазах читателя.
Любят и снова пьют. Но нам не страшно. Мы знаем, что все кончится хорошо, то есть плохо, но это не так важно.
Абсолютное большинство поет дифирамбы. В 2023 году книга получила Пулитцеровскую премию, в 2022-м побывала в лонг-листе Букера.
Как бы ни хотелось интуитивно приписать слову Гариной оттенки интертекстуальной связи с японской поэтической традицией, не поддадимся искушению.
Это хороший прием — взять и продолжить в литературе жизнь, пусть и придуманную, уже покинувшего мир человека.