Сегодняшние запросы литературы всё чаще требуют отказа от «плоскостной» реалистической подачи, и всё больше жанров базируется на конструировании художественной реальности второго, третьего и всех последующих уровней, число которых бесконечно.
Метка: критика
Татьяна Риздвенко ‖ Свистать всех наверх
Намеренно душное, некрасивое всем своим эстетическим строем, неприятное и неаппетитное, — это очень свежее, умное кино, с массой замечательных придумок, метафор.
Ольга Балла ‖ Когда мы пойдём воскресать
Не тело, сколько бы тут о нём ни говорилось, — сквозная и настойчивая тема книги, но нераздельность жизни и смерти, память как несогласие вопреки всем очевидностям отпустить ушедшее и ушедших, страстное желание телесно проживаемого бессмертия всего и всех.
Андрей Пермяков ‖ Практика поколений
А вот фактор материальный почти ни при чём. Это в 1992-м году, когда средняя зарплата в России составляла 25 долларов в месяц, услышанный из телевизора оклад токийского машиниста метро в 5 000 долларов, заставлял мозг разваливаться на запчасти.
Ольга Девш ‖ Эмпатия мимо
Этот текст важен для #дегустатора…
Ольга Балла ‖ В сердцевине вещей
У Матевосяна вообще немного нечеловеческое — надчеловеческое — зрение. Родственное всему живому, дышащему и растущему. Люди и звери, населяющие матевосяновскую прозу, могли бы жить когда угодно.
Дарья Лебедева ‖ Обезьянцель: запутанная история
Чего в ней нет — так это однозначного ответа на поставленный вопрос, потому что он пока не исследован до конца. Что ж, история не окончена, ученые продолжают «копать».
Ларыса, паэзию хачу
Право на высказывание антистереотипного характера защищено терпимостью и толерантностью. Считается, что защищено. Человек не меняется больше, чем ему позволяет его травма.
Потом как бы хуже
Литпроцесс похож на сталкера. Ходит и ходит в Зону. Водит туда любопытных, несчастных, умных, сумасшедших писателей и гуманных, амбициозных, справедливых профессоров с рюкзачком, отягощённым бомбой, и водит.
Не гробь процесс
Современная русская литература как инвалид, который перестал ощущать себя человеком. К ней так относятся. Она сама себя втихомолку так идентифицирует. Потому что «вот западная литература» полноценнее, качественнее, мощнее, свободнее и прочее.