Да, даже в своих не самых лучших тексах Тэффи не теряет остроту взгляда и умение находить вокруг смешное и характерное. Наоборот, кажется её взгляд становится только внимательней, но вместе с тем злее и сентиментальней. В её улыбке проявились та капелька крови, над которой она раньше подшучивала.
Творческий полет — или пролет, педагогический провал или триумф, инициация, жесткий опыт взросления и нежный ― оттаивания…
Отчаянье сквозящее за словом «никогда»
Окуляры заставляли этот нос сопеть, и чуть что дышать ртом. Я уверена, что если бы не этот стеклянный вес, то у меня был бы великолепный, большой, роскошный нос, как у Ахматовой.
Перевод с англ. Ирины Машинской Иэну без этой путаницы ила
Опыт прочтения сборника прозы Каринэ Арутюновой «Два Авраама» (издательство «Книга Сефер», 2024 г.) Опущу свой взгляд, чтоб руками Камня поровну всем отмерить, И пойму: если птица сядет на камень, На мгновение он забудет смерть. В. Гандельсман, «Маленькие местечковые трагедии» Открыв однажды для себя прозу Каринэ Арутюновой, я с нетерпением ждала этой книги. Книги о самых скорбных страницах трагедии и
Но есть случаи куда более грустные. Анненский: гений, выпустивший при жизни единственный сборник под псевдонимом «Ник. Т-о». Айзенштадт (Блаженный): поэт редкостного таланта, считавшийся полубезумным чудаком почти до смерти.
Кто явится нам на перепутье? Собственным умом проложивший себе путь в жизни, но доверившийся лишь гвардейскому штыку? Исчадие мундирского просвещения? Или тот, о ком нельзя найти ни слова правды? В чьих поступках лжи так много было?
Это птичье чёткое зрение, когда сложная линза обмана учит видеть вещи, какие они есть на самом деле. И это парадокс — как внезапная перемена движения на горном серпантине.
Ветра не было, а яблоки падали и падали. Вымытые банки сушились на ветках старой яблони, и казалось, что золотые шары, как и яблоки, внутри. Яблоки, падая, шлепали, как бобры на реке, по днищам лодок.
