Великому тексту в 2025 году, кстати, исполнилось 100 лет, 60 из которых он был под запретом. Как и сегодня, в сюжете о грандиозном эксперименте пылают актуальные темы научного прогресса и допустимого вмешательства в человеческую жизнь. А главное — история о Преображенском и Шарикове один в один напоминает… идеи Илона Маска.
На мгновение даже кажется, что тексты Третьяк слишком прозрачны, но это, естественно, секундное заблуждение. Мне кажется, это тот случай, когда поэзия в глазах читающего рождается именно со второй или третьей попытки проникновения в художественный мир.
Всю эту, казалось бы, разрозненную информацию кажется невозможным сложить в цельное повествование. Но Герда Сондерс оказывается настолько интересным, умным, тонким собеседником, что соединяет несоединимое обаянием и силой своей личности.
чтобы ты меня любила,
чтобы верила в меня
Здесь встречаются неподвижность с движением, женское грациозное коварно неизведанное начало с печальной наивностью ребёнка, жажда с неутомимостью лета, биография с неизвестностью, север с глубиной, законченностью бессилия.
Когда-нибудь и про 2024 год создадут картины, снимут фильмы и напишут книгу. Почему? Каждая эпоха даёт своих героев и, к сожалению, злодеев. Потомкам остаётся одно — изучать, делая выводы. Как учитель литературы, своей глобальной целью ставлю научить детей думать. Русская классика — благодатнейшая для этого почва. Особенно в вопросе исследования человека. Сделаем же несколько выводов о том, откуда берутся злодеи.
И сердце ненадёжно — всё в нём ново
«Книжку» Елизаветы Трофимовой можно сравнить с туристической брошюркой-гидом, где представлены различные места, которые стоит посетить, чтобы по-настоящему увидеть и узнать новое место. Ну, вот, я взял такую брошюру, и посетил всё, что предлагали.
Музыка зимой Зимой, как и летом, хорошо слушать музыку. Летом она мчится мотыльком на пламя осенней меланхолии, туда, где должна застыть в отведённых формах, пропасть незнакомцем за углом. Зимой же колышется диковинными водорослями замёрзших морей в витринах невидимого, позволяя увидеть другой берег за свечкой, за дыханием, за мотыльком. Есть улица зимней смешной деловитости, глядящей на своё отражение, в настойчивую смутную отрешённость, стоящую за плечами
Нужно искусство ─ не босиком — нужен краситель и ароматизатор — когда все в зале нюхают голос — слово резинкой жуют — на этикетке тавро: только натуральные компоненты — и даже те — в ком была жизнь — в ком было движение — согласились на новый контакт
