Не ради моды на разговоры о травмах, отчасти стимулированные дискурсом новой этики, но ради подлинной пользы и утешения — чтобы те из нас, кто не имеет способности выразить противоречивые чувства, могли бы найти опору в их художественных описаниях.
Не ради моды на разговоры о травмах, отчасти стимулированные дискурсом новой этики, но ради подлинной пользы и утешения — чтобы те из нас, кто не имеет способности выразить противоречивые чувства, могли бы найти опору в их художественных описаниях.
По легкому цоканью каблучков о дерево я знал, что за мной поднималась женщина.
Видите ли, наибольшее наказание — в том, что не можешь остаться один.
В общем — лучшего кандидата для того, чтобы рассмотреть дело по существу, и подобрать нельзя.
Хрустнула ветка, и что-то выкатилось на тропу в метрах двадцати впереди меня.
Литература — не рецептик, а контакт. Искусство — это не выучиться, а потрогать. Пережить, влезть в шкуру — сразу в тысячи шкур.
В рассказе итальянского классика Альберто Моравиа «Не выясняй» молодой человек, рефлексирующий над причиной, по которой от него ушла девушка, уподобляется главному персонажу другого рассказа того же автора — «Дублер».
Кажущаяся бесхитростность этих рассказов похожа на простоту деревянного моста, под которым бездна или бурная река, над которым огромное небо, а вокруг древние темные скалы.
Опять выходит змей, кусающий собственный хвост! Поэтому трагедия триединства — это трагедия раздробленности или трагедия уробороса.
«Семья», — назидательно сказала Людмила Алексеевна. И все закивали: «Семья». «Действительно, семья».