Порой складывается впечатление, что современные писатели готовы принести содержание в жертву форме — или хотя бы отодвинуть его на дальний план. В приоритетах — эксклюзивность самовыражения. Но всегда ли это лучший выбор?..
Порой складывается впечатление, что современные писатели готовы принести содержание в жертву форме — или хотя бы отодвинуть его на дальний план. В приоритетах — эксклюзивность самовыражения. Но всегда ли это лучший выбор?..
В книге господствует атмосфера борьбы. Город, выписанный коллективом перископовских авторов, подобен джинну из бутылки. Или взбесившемуся роботу.
Маленький бог взобрался по лестнице высоко, почти на небо, повесил на ветки нововесенние украшения — снежинки. Яблоневый цвет.
Только книгу он мог любить во плоти, в ее уникальном теле, только была для него Словом, которое стало плотью.
Позвонили в дверь. Открыла Люба не сразу, потому что звук своего дверного звонка слышала впервые. Гости обычно приходили вместе с ней, с соседями она не общалась. Папина вишнёвка отодвинула её страхи в дальний угол, поэтому Люба не посмотрела в глазок и даже не спросила: «Кто?»
Запах кофе и гул кофемашины сбивают с толку. Если закрыть глаза и сосредоточиться только на этом запахе и этом звуке, то можно представить, что ты в кафе. Можно выбрать любой город.