Медвежонок Мика столкнулся с ёжиком нос в нос. Мику было не до ёжика, он нёс большую бочку с мёдом. Но, увидевши у ёжика банку, поинтересовался, что в ней: а вдруг мёд!
Медвежонок Мика столкнулся с ёжиком нос в нос. Мику было не до ёжика, он нёс большую бочку с мёдом. Но, увидевши у ёжика банку, поинтересовался, что в ней: а вдруг мёд!
Был выбран подходящий знак для того, чтобы указать на нечто, не имеющее конца, не знающее границ, не помещающееся в рамки, что-то Сродни Чуду.
Полка её книг растёт. Её книги хочется читать. Они интересные. Как пишут критики, её книги «о женской храбрости, которая и есть карающий меч Добра». Как нужен этот Меч в наше непростое время.
Мой папа, простой сельский учитель математики, считал поэтов небожителями. Он преклонялся перед поэтами. И почему-то всегда поэта соотносил со временем года. Пушкин у него был поэтом весны. — Почему? — спрашивал я. Он, не задумываясь, отвечал: — Потому что, читая его стихи, оживаешь, как природа весной. Лермонтова считал поэтом осени. — Грустные стихи. Как поздняя осень. До тепла далеко. Впереди зима. А Есенина считал
В наше время, когда выходит фантастики, наверное, больше, чем иной литературы, книги, привлекающее меня, можно посчитать по пальцам.
Герой для меня всегда честный, добрый, умный, ироничный, не отступающий перед невозможным. И в то же время обычный человек. Как мы с вами.
А больше таких книг в магазине не было. Про свою книгу он промолчал.