На стороне автора влюбленность в свой предмет, в жизнь как таковую, неугасимое детское любопытство, честность перед собой и читателями, желание донести сложное простым языком — до каждого, кто захочет понять.
На стороне автора влюбленность в свой предмет, в жизнь как таковую, неугасимое детское любопытство, честность перед собой и читателями, желание донести сложное простым языком — до каждого, кто захочет понять.
Не ради моды на разговоры о травмах, отчасти стимулированные дискурсом новой этики, но ради подлинной пользы и утешения — чтобы те из нас, кто не имеет способности выразить противоречивые чувства, могли бы найти опору в их художественных описаниях.
Литература — не рецептик, а контакт. Искусство — это не выучиться, а потрогать. Пережить, влезть в шкуру — сразу в тысячи шкур.
Интернет повёл себя подобно Полиграфу Полиграфовичу, решил всё взять и поделить. Предоставил равные возможности и пустышкам и гениям.
Кажущаяся бесхитростность этих рассказов похожа на простоту деревянного моста, под которым бездна или бурная река, над которым огромное небо, а вокруг древние темные скалы.
Опять выходит змей, кусающий собственный хвост! Поэтому трагедия триединства — это трагедия раздробленности или трагедия уробороса.
Про любовь? Или про внутренних демонов? Или даже про демонов внешних, искушающих героя?
Человеческая история не так уж и протяженна — память сохранилась всего лишь о нескольких тысячах лет и, соответственно, о представителях нескольких десятков поколений людей.
Есть соблазн сравнивать положение женщин в соцстранах с положением сегодняшних жительниц Первого мира.
Во времена агрессивно-массированного потока самого разного развлекательного контента читательская аудитория продолжает сокращаться — об этом не пишет в фейсбуке сегодня разве что самый ленивый наблюдатель.