L. Kuzminskij

«Чтобы персонажи не вписывались в типажи» ‖ Лев Кузьминский

 

Один из самых ярких прозаических дебютов 2023 года роман «Привет, заморыши!» (издательство «Лайвбук») Льва Кузьминского, охарактеризованный критикой как «ироничный полусценарий-полуроман о людях, которые никак не справятся с самими собой и поэтому пытаются опекать других» (Кс. Рождественская). Мы побеседовали с автором романа.

 

Лев, как всякого дебютанта вас для начала необходимо представить. Что вы можете рассказать о себе? Откуда у вас такой интерес к литературе?

Мне 23 года, я родился и вырос в Москве. Сочинять начал очень рано. У меня плохо получалось общаться с людьми, я всех боялся, и литература была моим способом взаимодействия с миром. Рассказывал о своих переживаниях в текстах и надеялся, что так смогу достучаться до окружающих. Первое произведение написал, кажется, лет в пять. Некоторые мои творения публиковались в детском журнале «Барсук». Потом продолжал писать на самые разные темы, даже пробовал  придумывать ужасы. Чаще всего делился своим опытом, с юмором писал о собственных проблемах. Некоторые из рассказов были опубликованы в сборнике «Дедушка исчез», выпущенном в рамках работы детской Горьковской премии-2017. Два года назад я закончил романо-германское отделение филфака МГУ. Сейчас занимаюсь журналистикой и преподаю на онлайн-курсах Лаборатории Чтения. В свободное время пишу романы.

Zamoryshi oblozhka maket
Обложка книги «Привет, заморыши!»

Расскажите, как вы писали свой первый роман. Это был тяжелый труд? Что больше всего радовало, когда писали и когда закончили?

Как-то раз мне надоело сочинять рассказы и захотелось попробовать себя в большом жанре. Я решил последовать совету Стивена Кинга и задумал роман о том, что знаю лучше всего: о своей жизни в семье с приемными детьми. В 2019 году, когда я был на стажировке в Германии, составил подробный план книжки и стал каждый день писать понемногу. Приятно было ощущать, что в жизни появился смысл, какая-то цель, к которой постепенно двигаюсь. О публикации я тогда вообще не думал. На черновую версию «Заморышей» ушел где-то год. Тогда книжка называлась по-другому — «Как я не поступил во ВГИК». Еще год редактировал роман. Моя мама помогла мне практически дословно передать речь наших детей. Когда мы договорились о сотрудничестве с «Лайвбуком», еще около года я доделывал книжку, обсуждая ее с редактором Еленой Ударцевой. Работы было очень много, и я уже начал путаться в разных версиях своего текста. Очень радует, что книга наконец увидела свет.

 

Долго ли вы искали издателя?

Я завершил роман на карантине в 2020-м году, но заниматься им не было времени: нужно было писать диплом. Выпустившись из университета в 2021-м году, отправил рукопись в несколько близких по духу издательств. «Лайвбук» откликнулся.

 

Тема семьи ‒ это ведь не только про традиционные ценности, но, скорее, глобальный тренд, особенно заметный, если следить за сериалами: как топовыми, так и не самыми раскрученными. Отмечаете ли вы для себя какие-то новые повороты в рамках этой темы? Что именно для вас важно?

Меня всегда привлекали самые разные фильмы и сериалы о необычных семьях, которые не вписываются в традиционные представления о благополучии и несчастливы по-своему: «Маленькая мисс Счастье», «Фанни и Александр», «Проект Флорида», «Во все тяжкие», «Большая маленькая ложь», «Гарольд и Мод», «Что знает Оливия», «Дневник девочки-подростка», «Капитан Фантастик». Мне тоже хотелось изобразить сложную, противоречивую большую семью, избежав при этом сентиментальности и глянца. Я старался сделать так, чтобы персонажи не вписывались в типажи, изобразить живых людей со сложными проблемами.

 

Кто из героев вам ближе всего? За что вы цените своих героев?

Считаю, что удачнее всего в романе получились Рома, Оксана и Марк. Рома, наверно, для меня самый важный герой. Это эгоцентричный подросток, который сосредоточен на своих проблемах и комплексах и равнодушен к миру вокруг. Я во многом списывал этого героя с себя, и мне очень помогло посмотреть на свои проблемы со стороны, поиронизировать над ними.

 

Насколько вообще на вас как писателя повлияли кино и сериалы? Ваша книга ‒ это все же роман или сценарий?

Когда я начинал писать «Заморышей», у меня была мечта стать сценаристом. Кино я заинтересовался в старшей школе. Закончив гуманитарное отделение лицея при Вышке, попытался поступить во ВГИК. Но, хотя мои тексты хвалили на подготовительных курсах, во ВГИК меня в итоге не взяли. Эта линия как раз отражена в романе. Однако меня не остановила эта неудача, я продолжал писать для кино. Один из сценариев даже победил на XIII Московском питчинге Дебютантов. Мне так понравился сценарный формат, что я решил и роман написать в таком стиле: изобразил только действия и реплики главных героев, предложив читателю додумывать их мысли и чувства.

 

Кстати, насчет реалистичности происходящего в «Привет, заморышах!» ‒ знаю, что семейные картины срисованы с натуры, но нет ли там все же утопического элемента, то есть «сбычи мечт», которая не случилась в реальной жизни, но получилась в литературе?

На мой взгляд, в книжке нет «сбычи мечт». Каждый из героев старался чего-то достичь, много для этого делал, но ничего не вышло. Кому-то не повезло в любви, кому-то в профессии, кому-то в семейной жизни. Моя книжка о том, что неудачи — это нормально, сдаваться — это нормально, а несбывшиеся мечты — удел каждого из нас. Нужно просто двигаться дальше, иногда в совершенно другом направлении.

 

Вообще насколько сложно преобразовывать автобиографический материал в художественный текст?

Роман автобиографичен лишь отчасти. Наверно, где-то пятьдесят на пятьдесят. Дети на себя очень похожи, однако я полностью придумал общий сюжет. При этом многие моменты, которые кажутся довольно искусственными, например, общение с таинственной девушкой Никто — абсолютно реальны. Я действительно старший сын в семье, где есть и кровные, и приемные дети. Как вы верно заметили, многое в «Заморышах» срисовано с натуры: отдельные сцены, диалоги, сюжеты взяты из нашей повседневной жизни.

 

Хорошо, а какие у вас отношения с современной литературой? Вряд ли вы ориентировались на произведения, например, Людмилы Улицкой ли Мариам Петросян, но ведь наверняка есть авторы близкие вам?

Думаю, из книжек о семьях мне ближе всего произведения Марии Парр и Мари-од Мюрай. А вообще люблю Дугласа Коупленда, Мишеля Уэльбека, Ханью Янагихару, Кадзуо Исигуро. Из русских прозаиков мне нравятся Виктор Пелевин, Владимир Сорокин, Дмитрий Данилов, Ксения Букша.

 

Одна из самых приятных черт вашего романа — мягкий юмор даже в самых жестких обстоятельствах. Какие сцены вам нравятся больше всего?

Сложно выбрать что-то одно. На мой вкус, самая драматичная сцена романа та, где Рома сжигает комнату своей сестры. В целом линия любви мальчика из детского дома к девочке из новой семьи, мне кажется, получилась яркой. Данины попытки понять современное кино и поступить во ВГИК симпатичные. Но вообще все сцены мне по-своему важны. Многие из них срисованы с натуры, на некоторые я не могу взглянуть без смеха, а какие-то рассказывают о кризисах, через которые проходили многие.

 

 

 

Если мы где-то пропустили опечатку, пожалуйста, покажите нам ее, выделив в тексте и нажав Ctrl+Enter.

Loading