Ревность и месть — частые спутники человеческой жизни, но реализовать жажду мести удается мало кому из простых смертных, не готовых пойти на реальное убийство, ведь мстить сложно, для этого нужна власть, нужны рычаги, которыми можно пользоваться.
Ревность и месть — частые спутники человеческой жизни, но реализовать жажду мести удается мало кому из простых смертных, не готовых пойти на реальное убийство, ведь мстить сложно, для этого нужна власть, нужны рычаги, которыми можно пользоваться.
Невозможное вступает в диалог с суровой размеренностью города, с чёткой графикой волевых строк, воспроизводящих медленный, но самоотверженный шаг к спасению, к слиянию с так всеобъемлюще звучащим океаном.
Если вам повезло, и «стрекозиный час» настал, то к этому времени у вас уже должен быть полный рот слез. Проглотите их.
Мираж, видение случайное, тонка воспоминанья нить
Сострадательность зашифрована уже в названии. Коленные чашечки готовы разбиться с бытовым фарфоровым звуком.
Определённое разнообразие в эту сюжетику привносят стихи, где сюжет прерывается метафизической загадкой.
Расчет сделан на узнавание, на попадание в определенный тренд, в аудиторию. И эта стратегия (увы) работает — приносит автору серьезный успех.
Любовь великая, конечно, не любовь малая, которая не является чем-то надежным.
Жизнь размывается сильнее, чем кажется
Золотой сквозняк гуляет в теле