Пока я бродил в своих мыслях, началась окружайка. И первый вопрос как раз про Коперника. Ну классная, наверное, решила пошутить и Сашку Коперникова первым спросить. А он молчит. Сказать ничего не может. Зуб-то не просто так вырвали.
Метка: сборник
Анастасия Добрицкая ‖ О чем думают женщины?
Мир сегодня, пусть и сходит с ума, но несколько приближается к равенству и взаимопониманию, пусть только маленькими шагами и потихоньку. Маленький шаг для «Большой книги» — и огромный шаг для всех женщин, желающих иметь право самовыражаться без снисхождения со стороны серьезных ученых и деятелей.
Валерия Кучерявенко ‖ Как короткий список «Большой книги» схлопнулся окончательно
Неплохой, на самом деле, способ самопознания: читатель в такой обстановке может никогда не оказаться, но автор её показывает и будто бы говорит: «Как тебе? А вот это? А что хуже? Вот и не ходи туда, ходи другой тропой».
Елена Разинкова ‖ Ад в настоящем и рай в будущем
Шорт-лист «Большой книги» — как большая, уже отобранная профессионалами и экспертами полка рекомендаций. Местами, конечно, попадается что-то, что дочитать удаётся с трудом, но подавляющее большинство — как минимум стоит того, чтобы с этим ознакомиться.
Жанна Шеина ‖ Мы все забыли о простом человеческом…
Читаешь и чувствуешь, что вот она жизнь, обыкновенные дни человека, будто ты в замочную скважину наблюдаешь, как он, этот человек, распоряжается одним днем (как в книге «Случай в маскараде») или целыми месяцами (как в повести «Запасный выход»).
«Я всегда стремился к большому плану»: разговор Данилы Давыдова с Ильей Кутиком
Поэт, один из ярких представителей метареализма, Илья Кутик в качестве переводчика планомерно занят заполнением многочисленных лакун в представлении классической английской поэзии на русском языке. Данила Давыдов поговорил с Ильей Кутиком об этой, без преувеличений, подвижнической стороне его деятельности.
Александр Чанцев ‖ Победа снега
Причастие телом и кровью деревьев. Метафоры, перерастающие метафоры и возвращающиеся к истокам, туда, где они не нужны, а кровь открыта и едина со стихиями.
Татьяна Лукина ‖ Продается журнальный столик
Еще на свете не было беды
Николай Маркелов ‖ «Под небом места много всем…»
У русской литературы есть приемные дети или, говоря точнее, приемные персонажи. Да что там персонажи — главные герои! То есть главные герои, не являющиеся по национальности русскими. У Лермонтова, например, Мцыри, у Толстого — Хаджи-Мурат. Есть и другие.
Алла Кузнецова ‖ Философия диалога
Контрапунктно здесь затрагивается множество самых разных вопросов, таких как позиция и возможности современного поэтического творчества, размышления о памяти, о чуде, о детстве, о времени, о тени, о самой сущности вдохновения…