ПО ФАКТУ: В сентябре выходит новая книга Светланы Тюльбашевой «Проклятая земля»

В сентябре выходит новая книга писательницы Светланы Тюльбашевой «Проклятая земля». Предыдущее произведение «Лес» вошло в лонг-лист «Большой книги» и удостоилось премии «Сделано в России», а 12 ноября в российских кинотеатрах состоится премьера одноименной экранизации романа. Далее раскрываются важные детали сюжета, поэтому, если ещё не читали новинку, рекомендую остановиться на этом абзаце.

«Проклятая земля» знакомит читателя с молодыми людьми Аней и Лешей, которые живут втроем с сыном Леши Львом и решают вложить все семейные деньги в безумный проект по строительству глэмпинга в Тверской области. Неподалеку от предполагаемого места культурного отдыха расположено поместье Астафьевых, пользующееся дурной славой и представляющее нешуточный интерес для фанатов паранормальных явлений. Графское семейство, проживавшее когда-то в этом имении было отмечено печатью злого рока: все их дети погибли при невыясненных обстоятельствах, а чета бесследно исчезла. С тех самых пор дом ветшает и притягивает как магнит юных искателей приключений. Немало дурных слухов ходит и о деревне неподалеку. Говорят, что это гиблое место, а над землей и ее жителями довлеет проклятие злобной ведьмы, жестоко убитой в этих краях много лет назад.

Для литературы ужасов характерно понятие «нехорошего места» — локации, аккумулирующей зло внутри себя. Согласно законам жанра, если в определенном месте происходит большое количество трагических событий, оно как бы накапливает отрицательную энергетику и само превращается в источник бед. Хрестоматийный пример такого объекта — отель «Оверлук» из романа Стивена Кинга «Сияние». В предыдущем произведении Светланы Тюльбашевой в роли «нехорошего места» выступал карельский лес, обманывающий и запутывающий главных героинь и пробуждающий в людях самые темные инстинкты. В «Проклятой земле» перед читателем предстает новое «нехорошее место» — деревня Асташово. Внешне ненормальность деревни проявляется не очень явно, через многочисленные, но едва заметные аберрации в поведении местных жителей. Радушные и доброжелательные с виду соседи, никогда полностью не открываются приезжим, скрывая что-то в темных уголках своей души.

Схожим образом работают пугающие элементы в романе: здесь немало страшных эпизодов, но самый настоящий ужас Тюльбашева никогда не демонстрирует в лоб, воздействуя на психику читателя значительно тоньше. Лев, когда встречает девочку, которая называет себя Синдереллой чувствует, как от нее исходит странный запах. Он вспоминает, что также пахло из квартиры одной женщины. Из контекста нетрудно догадаться, что в той квартире лежала умершая. Страх догоняет читателя в момент осознания что именно это был за запах. Важно отметить и дотошность автора, её внимание к деталям: ребенок не мог подумать, что это был трупный запах, потому что ему неоткуда знать об этом. Не менее филигранно удается писательнице создать ощущение тревоги и бесприютности. Леша ближе всего к разгадке тайны Асташово, когда обращает внимание на не горящий свет в окнах и размышляет над тем, что деревня будто вымерла.

Примечательно, что Синдерелла в начале текста предстает как одно из воплощений местного зла, создавая перманентное ощущение угрозы. Тем не менее, именно она приходит на помощь Ане, когда жители деревни принимают приезжую за ведьму и решают учинить над ней расправу. Такая двойственность натуры свойственна многим персонажам книги, даже Пална, продавщица пирожков, несмотря на череду чудовищных поступков, производит впечатление несчастной и напуганной женщины, которая просто цепляется за свои иллюзии, чтобы не утратить окончательно рассудок и надежду. Она, как и остальные жители, несет в себе проклятие вечной жизни и только убив ведьму, проклявшую деревню, может наконец-то окончить свое безрадостное существование. Важно, что в книге нет ярко-выраженного антагониста, даже самые жестокие преступления подчинены внутренней логике повествования, а герои не способны воспротивится злому року и ролям, которые для них прописаны, что роднит их с персонажами античных трагедий, где поступками людей руководит предопределенность, а не сознательный выбор.

Мистическая сторона сюжета и таинственное проклятие, служат катализатором для бытовых страхов героев, которые в таких неблагополучных обстоятельствах проявляются наиболее ярко и тоже по-своему начинают руководить их поступками. Аня переживает за будущее и в глубине души испытывает большие сомнения по поводу амбициозных планов и прожектов Леши. На это накладывается боязнь не понравится сыну своего молодого человека. Девушка понимает, что фактически она этому ребенку никто, и с ужасом ждет момента, когда тот ей об этом скажет. Леша, в свою очередь, боится лишиться работы, боится, что глэмпинг не окупится, ведь он несет ответственность за их маленькое семейство. Его можно без преувеличения назвать собирательным образом миллениала: свободный дух, нежелание вечно работать на дядю, бытовая неустроенность и мечта, на костер которой он готов принести все, на чем строился его привычный маленький мирок. Инфантилизм и донкихотство сочетаются в нем с желанием быть хорошим отцом для сына и надежным спутником для Анны. Он весь соткан из противоречий, которые и приводят его неизбежно к катастрофе.

Герои пытаются подружиться с обитателями деревни, но изначально помещены в чуждую им, враждебную среду. Даже старушка, которой Анна решает помочь набрать воды, заслышав городскую речь и англицизмы, подмечает что та говорит «как-то не по-русски». Девушка одергивает себя, но снова переходит на столичный сленг. Попытки подстроиться, мимикрировать обречены на провал: индикация свой/чужой работает безотказно и очень скоро иммунная система деревни выйдет на охоту за мечтательными чужаками.

Никита Мина