Чистая усталость выражается в отеках и желании бросить писать-выпускать вообще всё. Книжка Ольги Примаченко «К себе нежно» на пару дней лишь сгомеопатировала. Конечно, понимаю, почему при всей ее бесполезности как психологического руководства, о чем много сказано в комментариях читателей на Букмейте (не нравится новое название, кажется, антимонопольного не хватает), эта маленькая книжечка с инфантильно розовой обложкой несколько лет подряд лидер продаж в РЕШ.
Это по образцу и подобию «Дай пять!» Мел Роббинс. Такая же показательная история женщины, которая как Мюнхгаузен с бесконечной любовью вытащила себя за волосы из выгорания, стресса и депрессии. Надо всего-то давать пять своему отражению в зеркале и улыбаться, хвалить. Любому отражению. Чем хуже оно выглядит, тем жест поддержки активней, улыбка светоносней, комплименты изощренней. И ни кварка лжи. Искренно принять внешнюю оболочку, апгрейдить внутреннюю эфемерную девочку до женщины из плоти и крови, выйти из кокона иллюзий и соединить селфи с фронталкой, без мейкапа от ИИ. Создать привычку подбадривать, поднимать и влечь, сделать психологический подвиг ежедневной зарядкой. Голливудская мечта, которая работает на вас дома, прямо перед зеркалом.
У Примаченко тот же автофикшен, мотивационная акупунктура, работающая с самыми стереотипными точками уязвимости женской психики. Принцип аналогичный: нежно относиться к себе, никакого насилия, слово «нет» в лексиконе обязательно для самосохранения, прислушиваться к сердцу как вместилищу желаний… То есть снова принятие антитезы, работа вместе с ней, взрослость как слияние силы со слабостями в единое многогранное «нежное» чувство. Когда женщина самоценна и нежность ее к себе воплощается во взаимоотношениях с окружающими. Разумеется, это вариация на тему «дай пять!». Почему же популярность банальных уверений вроде «ты, моя хорошая, заслуживаешь самого лучшего, оно придет к тебе, позволь любить себя несмотря ни на что…»?
Стиль Примаченко скачет ― от сленговых словечек до пафосных метафор, ― лавируя между рацио и эмоцио, подстраиваясь под читательниц разного темперамента, но заметно, что моей тезке ближе эстетика романтизма, Ремарк и, не исключено, поэзия кого-то из символистов. Однако поднабирают объем и разделяют ответственность с автором постоянные цитаты из книг известных психологов и коучей (кстати, Роббинс, востребованный мотивационный оратор, написавшая несколько мировых бестселлеров, не упоминается, что понятно). Свой жизненный опыт Примаченко подробно не описывает, общими штрихами обозначены вехи и никаких подробностей, как у Роббинс или, например, у Старобинец в «Посмотри на него», где вся механика терапии завязана на детальной рефлексии, вклинивающейся в мировоззрение читающего и меняющей его, ибо сочувствие сродни соучастию. Тогда как Примаченко показывает носовой платок, взмахивает им в пределах своей зоны комфорта и быстро прячет. Он есть. Видели? Видели. Продолжаем разговор об избитых выгоранием, токсичными отношениями, комплексами женских душах, их недолюбленных сердцах и телах.
Повторенье и напоминание ранее сказанного ― не одно и то же, так ведь? Женщина в стрессе может забыть прописные истины, не говоря уже о прописанных установках и тренингах. В плохие моменты не хватает прежде всего внимания. И нежности. «Тихо, Машка, я Дубровский, увезу тебя я в тундру, будешь владычицей морской и семеро по лавкам», ― что-то типа этого хочется. Подсознательно, конечно. Пару секунд. За которые нежный рерайт Примаченко успевает зацепиться за потребность в безвозмездной ласке.
Современница редко позволяет себя погладить, приласкать, она/я сильная и в жалости не нуждается. С людьми это прокатывает на ура. Изо дня в день. А с книгой не страшно и расслабиться, дура ведь бесполезная, всё и без неё знаю…
