#Выбор дегустатора ¦ Из книги Ольги Брагиной «Речь похожа на карманный фонарик»

 

#выбор_дегустатора — это личный выбор.

 

Из книги Ольги Брагиной «Речь похожа на карманный фонарик», тонкой и цельной, недавно вышедшей в украинском издательстве «Герда» на русском языке, мне захотелось вынуть отдельные стихотворения и сложить слово МИР-КОТОРЫЙ-ГДЕ-ТО… и оборвать речь. Потому что подставить в конце умеем разное: -был, -замер, -рухнул, -есть не для нас. Но я попыталась увидеть конечное другим. Мир, который где-то ждет нашу речь как свет. В темноте надоело.

 

 

Брагина Ольга. Речь похожа на карманный фонарик. – Днепр: Герда, 2020. – 56 с., серия «Тонкие линии». 

лето заканчивается, как фильм «Лето», в июле прошлого года
мы пили портвейн из граненых стаканов на предпремьерном показе,
девушки в белых платьях вечернего кроя делали фото стаканов
для блогов своих
знаменитости в фотозоне, пережившие славу свою, но еще не совсем,
улыбались вспышкам
портвейн был, возможно, такой же, как в восьмидесятые,
крепче морковного сока когда ничего мы не пили
о Цое узнали из надписей этих на стенах и на дверях подъездов
потом по радио часто крутили песню про солнце
С. сказал, что фильм ему не понравился, я спросила: «он не передает
дух времени?
я просто его не помню»
С. ответил, что передает, но не нравится все равно
впрочем, он уехал из этой страны в четырнадцать, потом страны
стали разными
я попросила «напиши обо мне мемуары», потом мы начали спорить,
от чего умер Майк
но это потом, сначала я перепутала зал, зашла в vip
там сидели несколько зрителей за столиками с шампанским
и смотрели тот же фильм,
просто еще не видели тот эпизод, на котором я вышла

 

 

мама читает советский документальный роман о блокаде
говорит слишком быстро читаю
третьего тома может не хватить до окончания карантина
я спрашиваю ну может быть в третьем томе их разблокируют
она говорит да это подсознание ищет связь
конечно там было намного хуже но эта неопределенность
пробовала читать мемуары Симонова но там все время о том
как плохо в Америке
поэт-антифашист вынужден зарабатывать на жизнь гравюрами
живя в полуторакомнатной квартире
а я не могу собраться с мыслями и дочитать мемуары жены Бальмонта
пока дочитала до того что она встретила князя Урусова
может быть мне не очень интересен Бальмонт
или не очень интересна купеческая среда
в которой росла его будущая жена нет мне все интересно
но собраться с мыслями все равно не могу
прежде такого не было
но и ситуаций таких в нашей жизни не было прежде
в школе нам рассказывали что хлеб это святое
его нельзя выбрасывать
в школе нам рассказывали что книга лучший подарок
в детском саду напоминали о пользе мытья рук
но никто не предвидел опасность
поджидающую как черный лебедь в городском парке
которого хочется покормить хлебом
но кажется нельзя

 

 

нам говорили пусть никогда больше не будет войны
на праздничных концертах пели о празднике со слезами на глазах,
мы думали, что война осталась в прошлом,
как черно-белая кинохроника или подборка советских фильмов
мы думали — война не имеет к нам отношения, радовались салюту,
который теперь отменен, больше мы не считаем залпы,
понимаем, что война не заканчивается никогда,
как в учебнике философии после фамилии Гоббса
понимаем, что война есть, а победы нет, те, кто видел войну,
не хотят говорить об этом, но дети играют в войну
(в нашем детстве было так, у меня было два пистолета —
один водяной, другой — с пластмассовыми пулями,
еще делали трубочки из бузины, потом появились приставки Dendy)
война есть, а победы нет и не будет
ни за кем она не останется, смотри в зеркало и знай, что мир —
это война
нам говорили никогда не быть миру на этой земле
мир лежит во зле, нужно искать другую, пробовать разные варианты
мы ходили на праздничные концерты под аркой Дружбы народов
думали, что история закончилась, а это был только пролог
история принадлежит тебе, пока ты читаешь
потом не принадлежит ни одной из сторон

 

 

я никогда не была во Франции не видела город
о котором можно мечтать всю жизнь словно о химере на крыше собора
языки огня пламенеющей готики вдыхать дым
гарь лесов строительных пустота
незнакомки осадок Сены старые улицы новые улицы
пепел на белых скатертях рисунком Везувием лабиринтов
фильтры поставить достойные этого зарева небо еще подсветить
небо падает на тротуар звезды свет которых еще виден
горящий камень горгулий
влюбленные в черно-белых пальто на крыше за руки взявшись
на город смотрят на фото Париж увидеть
(когда-то эта поговорка была про Неаполь)
но мы не увидим его и наверное будем бессмертны
словно каменные изваяния плоские тени домов коллаж памяти
ложной памяти детских писателей бедности первой любви
Париж стоит мессы говорили они
стоя в очереди покупая билеты для туристов
осматривая тело истории погруженное в раствор слов
я признаюсь тебе что наша жизнь вместе была прекрасна
хотя мы никогда не видели друг друга и не увидим

 

 

приснилось, что у нас в школе выпускной,
а мне заказали эссе по философии
(потом оказалось, что это разводка, не заплатили)
наши поэты учились в той же школе, собрались идти в паб
я сказала, что мне нужно дописать статью и я приду через час,
перезвоню переспросить дорогу
села на лавочке во дворе и начала писать о концепциях
восприятия реальности
не то чтобы я хорошо разбиралась в этой теме без интернета
хватило на несколько страниц текста почему-то зеленой ручкой
вокруг было так много людей не у кого было попросить синюю
все радовались свободе пили ром-колу из-под полы
наверное это сон о синдроме самозванца
за эссе впрочем не заплатили ведь
так что моя совесть во сне чиста сказали что это такая шутка
когда-то я начиталась Пелевина и хотела быть солипсистом
смотрела на фрукты на рынке убеждала себя что их тут нет
только боль заставляет думать что мы существуем
и цвет ручки в общем тоже неважен
я взяла на этот раз синюю на чьей-то кисти руки
написала «главное — это любовь»
потом вспомнила про текст дописала это же в тексте
размышлений о том чего нет
пошла искать паб проснулась

 

 

мы родились в стране которой давно нет накануне свободы
строили замки песочные думали что наша жизнь
будет похожа на жизнь наших родителей институт работа семья
оказалось что все может рухнуть быстрее чем замок смытый прибоем
что жизнь меняется со скоростью картинки в калейдоскопе
если ты будешь вертеться как волк с корзиной
в конце тебе обещают мультик но его еще никто никогда не видел
мы родились в стране которой давно нет но ее тень закрывает солнце
фантомной болью тревожит детей
которые могли быть нашими детьми но нет это чужие дети
прошлое или будущее не все ли равно на этом отрезке системы
координат
мы видим только линию с которой некуда свернуть
песок поднимается летит нам в глаза скрипит на зубах
мы строили зная что мир исчезнет через миллиард лет или завтра
с нашей любовью происходит то же самое
мы родились в стране которой нет
наша улица переименована с фамилии советского придворного поэта
на фамилию украинского расстрелянного поэта
мы постоянно участвуем в садистском эксперименте
который финансирует кто-то но даже кино не сняли
сними кино о своей жизни день за днем
тут ничего не должно происходить
мы родились в стране от которой руины ДК
и заводов тяжелой промышленности остались
там живут призраки или висят фотографии других руин такая вот
рекурсия
когда я иду по улице я не знаю человек ли передо мной человек ли я
пусть цифровые носители информации помнят то что забываем мы
ярким световым пятном в глазах ты смотришь мультфильм который
тебе обещали
ничего кроме скуки не чувствуя мы родились в стране
которая не выносила сама себя строя и разрушая
кажется это называется избегающий тип привязанности
мы не знаем как научиться любить это только страх
мы родились в стране которой нужно было от тебя все никаких
отговорок
мало что там застали кроме серых стен и пьяных мужиков
на детской площадке
но если человеку нужно было от тебя все ты радовалась что нужна
мы родились в стране ложных лозунгов двоемыслия стенгазету
делали в институте
я вырезала женский портрет 19-го века из журнала «Единственная»
и процитировала Пастернака стихотворение про самую суть

 

 

мы были беженцами своей страны
музыка школьных дискотек отрывистый пульс не скажешь
почему эта привязь привычки тебя оставляет за партой
экзамен не сдать никогда сердце грустное грустью наполнит
все письма твои все привычки

мы были беженцами своей истории нелюбви
сказок на ночь о том что жизнь и не так здесь прекрасна будет
как герои реклам обещали генсеки былых времен
нет прекрасна конечно же только иной красотою
красота бесполезна когда-то сказали нам так повторяем с тех пор

мы были беженцами красоты истертых дворов
пустых окон с кондиционерами
домашних питомцев на подоконнике
разговоров не обязывающих ни к чему потому что речь бесполезна
говори с нею на равных запутывая следы зачитывая приговоры
так она тебя обманет и приютит в чертогах своей хрущевки
что у тебя болит расскажи что мы создали вместо жизни
расскажи сказку со счастливым финалом

мы были беженцами своей страны не нанесенной на карты ее
эта нежность крапленая эта история жизни
как с ней сладить как ее удержать
нет не оставь милосердием своим не обойди печалью
храни ее вечно под стеклом твоей памяти
фото истертых дворов этот фикус которого след
на другой фотографии всех жаль

мы идем по раскаленной киевской пыли
летних площадок зной пустые страницы для заметок в конце
здесь может быть что угодно все что ты можешь придумать
останется здесь навсегда одиночеством странных страниц
мы идем не глядя друг на друга просто так сложилось
горячий воздух звенит отрывистым пульсом слов

 

 

 

 

©
Брагина Ольга Игоревна — поэт, прозаик, переводчик, критик. Родилась в 1982 году в Киеве. Окончила факультет переводчиков Киевского национального лингвистического университета. Автор книг «Аппликации» (2011), «Неймдроппинг» (2012), «Фоновый свет» (2018), «Речь похожа на карманный фонарик» (2020). Публикации в изданиях: «Воздух», «Сноб», «Новая Юность», «Интерпоэзия», «Читомо», «Лиterraтура», «Волга», «Двоеточие», «НГ-Exlibris», «Полутона», «Артикуляция», «Нож», «Yep Magazine», «TextOnly», «Парадигма», «Kyiv Daily», «Цирк «Олимп» + TV», «Дети Ра», «Зинзивер»,»Litcentr», «Новые вехи», «Литературная Америка», «Spoke» (США), «Плавучий мост», «South Florida Poetry Journal», «Soloneba», «Wakat» і «Helikopter» (Польша), «Ravt» (Чехия). Участница фестивалей «Львовский форум издателей» (2017, 2018), «Книжный Арсенал» (2018), «Контекст» (2019), Фестиваль феминистского письма (2021) и др. Стихи переводились на английский, польский, чешский и латышский языки.

 

Если мы что-то не увидели, пожалуйста, покажите нам ошибку, выделив ее в тексте и нажав Ctrl+Enter.