«Суп гаспачо» Кати Капович

Люди. Много людей. В девятнадцати рассказах Кати Капович, составивших «Суп гаспачо»1, что вышел почти вровень по времени с её же поэтическим сборником «Приглашение на острова»2, многолюдно. И пусто. Как на съёмочной площадке: народу полно, все заняты определённым делом — и техник, и актёр, и осветитель, и другие — выполняют конкретные функции, и каждый сам по себе в своей работе — скомандуй «Снято! Все свободны!» и толпа сдуется, как пылинки. Только режиссёр останется. Он всё запомнил, записал, ему легче пересказать.

Рассказы Капович американские. Не столько по месту действия и героям, сколько по динамике. По свободным от трагичности и цементирующих действия персонажей выводов концовкам. Переходы из эпизода в эпизод синкретичны с отступлениями по теме, как в блюзе. Неразрывность воспоминаний действующих лиц, например, Зои («Бегунья») или Милены («Над Канадой небо сине»), с их передвижениями по сюжету позволяет автору соблюсти полную демократичность в формировании образов. Они вольны в своих появлениях и исчезновениях, в давлении на существующий уклад мыслей своих родных, друзей, кого-то из бывших. Им достаточно мимолётной однострочной роли: «Вспомнила про Иру Абрамову и почему-то не свернула, а наоборот — выдохнула из себя всё и вдохнула встречный ветер».

Мне чудится не довлатовский, не чеховский, — простит пусть меня автор! — а карверский, сродный, хруст строки. Особенно в коротких рассказах («Микки и его звери», «Свадьба», «Девушка с татуировкой») повествование живёт своеобразными толчками отдельных фраз, работающих по принципу заявки в бюро находок: мы поняли, спасибо, приходите завтра, может, что-то найдётся. И понимаешь сразу: чтобы владеть ситуацией досконально, изучайте матчасть. Для этого и девочку в красном платье тётка отталкивает, и серёжку привозят вместо почки, и зонтик выворачивает у пианистки в руках, и завалявшийся филлипсовский эпилятор получкой работает, и батистовый платочек на лепестки разве не похож?

Всё похоже на Катю Капович. И четыре ноги всегда на полу — это перебор. Вы же чувствуете, что так жить нельзя? Да. Но живём, не зацикливаясь на улыбке без двух нижних и трёх верхних зубов. На сцене не грустный мим, а проницательная спутница множества людей. Разных и схожих. Умеющих вспоминать. «Памяти Шанхая» — центральный рассказ о человеческой памяти. Что забыла внучка о деде, когда стала его стыдиться, чего не забыла мужу бабушка, за что помнили того еврея… Некрасиво не есть после трёхдневной голодовки на глазах у охранника, пишущего рапорт о попытке кражи, а забыть, что черешня на все — однажды только.

Кстати, красивая фигура — награда многих героинь Капович, независимо от возраста, и это не автопортрет, а стремление автора принести красоту в мир. Хотя бы в своих рассказах. Рассказами…

 

 

_______________

1.  Катя Капович. Суп гаспачо. — США: Литтера, 2019.

2.  Катя Капович. Приглашение на острова. — Издательство Литтера, США, 2019.

Если мы что-то не увидели, пожалуйста, покажите нам ошибку, выделив ее в тексте и нажав Ctrl+Enter.