Неприкасаемые стихи Чигрина

В моём эмоциональном регистре звучат разные поэзии. Отзываются многие поэтики. Одни ближе, другие дальше. Кто-то обладает шестью октавами, и немеешь от потерянности себя в таких высотах, а кому-то достаточно на субтоне прошелестеть, чтобы вынуть душу.
А есть стихи Евгения Чигрина.
Их страшно читать. Мои рецепторы бермудят. Я понимаю, что это не аномалия и тем более не паранормальное явление, но стихи Чигрина меня пугают. Они идеальны. Вот совсем. Той дикой идеальностью, которую нельзя описать, потому что растворена её кристаллическая решётка. Но фантомное совершенство предваряет каждую строчку, непроницаемой аурой окружает весь строфический строй. Аура светится и пружинит. Неприкасаемые стихи.

В кастальский мрак ныряешь, точно в Лету,
Толкнёшь случайно василиска, но —
Не заносись псалмом. В пандан сюжету
Не продвигать библейское кино
Таким, как ты, и — попирать дракона
И льва другие будут и т. д.

Эти строки из стихотворения «Зима и звери (I)» — из подборки «Перелётные крыши», что опубликована в журнале «Урал» (№ 11, 2019). Там все стихи такие.
Настолько безупречные, что не хватает воздуха, чтобы перевести дух. Чтобы преодолеть страх перед абсолютной правильностью в миксовании. Стилистики языка «выспренного» и языка XXI века подогнаны с необходимой долей синкоп, аранжировка изощрённая. Не смеешь и помыслить присоединить свой медвежий голос к богатой полифонии. И что самое «страшное» — поэту надоело его совершенство.

***

Настроенье у местного автора — заросли мглы,
Он рассеянно смотрит на выходки бабьего лета,
На лице его — «пофиг»… Заляпаны красным дворы,
К лазуриту небес прилепилась янтарная мета…
Вот и бродит один, облака оплетая в стихи,
Постаревшим кустам завещает дары писанины,
Зависая в тени, в депресняк загружая мозги,
Там открытые файлы: задвиги, нюансы, картины,
И размытые сны, и бессмысленность тайн и забот,
Обернись — не узнаешь сестру, превратишься в дракона,
В дауншифтера, что отпускает свой маленький плот,
Забирается в хостел Европы, твердыш экономя.
Тут бы выручил нас старый кольт или, скажем, ружьё,
Что висит на стене, а точнее, когда-то висело…

Евгений Чигрин не умеет писать проходные стихи. И это мучительное творчество. Оно выматывает всех вокруг него. А прежде — его самого. Потому что нельзя быть таким безжалостным к своим произведениям. Они идеальны. От идеального убегают, чтобы было, к чему стремиться. Напротив стены должно расти дерево, иначе не заметно, как движется тень:

Всё как-то легче обмануть себя,
Когда в бокале градус декабря
И день уже как точка невозврата.
Заглянет демон — угощу его,
Не зря смешали это волшебство:
Для привкуса четыре капли яда,

Зато во сне проснёшься молодым,
Захваченный волнением чудным,
И что-то там покажется в природе,
И ты опять в летающем пальто
Идёшь к любви на праздник или до…
Чтоб выпить утро на волшебной ноте.

 

 

Если мы что-то не увидели, пожалуйста, покажите нам ошибку, выделив ее в тексте и нажав Ctrl+Enter.