«Петля» Романа Сенчина

Есть повесть Романа Сенчина «Петля» («Урал», № 2, 2020). О журналисте, писателе, оппозиционере. Убиенном, но, слава богу, не убитом на Украине в 2018 году. Физически не убитом. Инсценировка была. Он пострадал иначе. Сенчина интересовал именно этот «бестелесный» ущерб, психологический крючок: «Это не помогло. Его колотило, и он, глотая и глотая царапающий горло сгусток, как при фарингите, оглядел комнатку в поиске одеяла или куртки. Только сейчас заметил

«Страна бумажных человечков» Наталии Елизаровой

«Страна бумажных человечков»* Наталии Елизаровой дружелюбно открыта, виза для въезда не нужна. Особенностью гостеприимства оказывается нетипичная погода — «Последнее солнце», «Холод», «Почти что март». Время здесь тоже отличается от времени в других местах и укладывается в «Световой день». Природа живёт по законам «Мазурского зверя», но и в этом краю «На безрыбье рыба даже ты…» Пять частей книги — пять усилий найти опору, пять борений за лучшее в

О «Бульваре» Алексея Антонова

На «Бульваре» Алексея Антонова задерживаешься на неопределённое время. Точнее, дня на два-три, но по ощущениям намного дольше. Проходил рядом смутный хронос. Но ученикам Алексея Константиновича удалось его завести в книгу и объять-обнять. В первый том* (второй будет посвящён прозе) двухтомника вошли практически все стихи Антонова, и сохранённые в авторской редакции тексты будто скручивают газету «Правда» в трубочку и бьют по голове. Несильно прикладываются, но гул

Мария Ватутина. «Пока ты спал…»

Книга Марии Ватутиной «Пока ты спал…»* укрепили во мне стержень материнства. Всеобщего материнства. Поэзия женщины — какой должна быть она? Ахматовской или цветаевской? Может, Сапфо — наставница? Или Берггольц? Охватывает ли фемоптика весь мир? Полемика везде уместна. А стихи Ватутиной не полемичны. В них существует собственный мировой порядок, который вроде бы идентичен внешнему, ежедневно нашему, но — не совсем. Мы не повторяем как молитву имя

Неприкасаемые стихи Чигрина

В моём эмоциональном регистре звучат разные поэзии. Отзываются многие поэтики. Одни ближе, другие дальше. Кто-то обладает шестью октавами, и немеешь от потерянности себя в таких высотах, а кому-то достаточно на субтоне прошелестеть, чтобы вынуть душу. А есть стихи Евгения Чигрина. Их страшно читать. Мои рецепторы бермудят. Я понимаю, что это не аномалия и тем более не паранормальное явление, но стихи Чигрина меня пугают. Они идеальны. Вот

«Нью-йоркский обход» Александра Стесина

«Нью-йоркский обход» Александра Стесина — и философский, и этнологический. Если б не симптоматика, прочитался бы идиоматично. Но автор — пациент. Страх — его диагноз. Нормальный человеческий страх страданий и смерти. Он умножен многократно знаниями и опытом работы онкологом. Синоним смерти — рак — повторен и зафиксирован в описаниях столько раз, сколько необходимо, чтобы привыкнуть к нему и почувствовать спазм горла на строчках об убийстве лабораторных

«Время сновидений» Ольги Балла

Вот Владимир Коркунов в рецензии (Homo Legens, номер 1, 2019) на «Время сновидений»* Ольги Балла пишет, что автор задушила в себе поэта. Её проза помнит это. Она похожа на то лелеемое Токарчук повествование, которое осуществляется и овеществляется изнутри как извне. Балла вырастила в себе философа. Очевидец увидел, ребёнок испытал, взрослый примирил. Толчковые мысли воспоминают свойственную им изначальность, превращаются в сдерживающий течение сплав вставленных в слова

Ирина Каренина. «Музыка отчаянья»

Подборка Ирины Карениной «Музыка отчаянья» в июньском «Знамени» привела меня к чувству. К чувству возможности говорить вовне. Примером стали стихи Ирины. И я отчаянно не согласна с названием подборки, точней, отредактировала бы его. Это бунт отчаянья. А если всё-таки сопровождать оный музыкой, то отзывается теми же вибрациями, что и Концерт No 2, Op. 18 С. В. Рахманинова в исполнении Святослава Рихтера (Ленинградский филармонический оркестр, дирижер

О «ложных петлях» Виктории Русаковой

Из двух подборок молодого автора Виктории Русаковой на «Полутонах» сильней других запали эти стихотворения: Родина-мать когда у родины нет молока тебя кормят смесью из коммунизма-капитализма-национальной идеи три раза в день а ты просто хочешь молока нет, не кумыса или айрана или шубата молока из груди материнской но она больна вместо мастэктомии родине сделали маммопластику соски вновь торчат как 1001 год назад внутри по-прежнему пусто ***

«Дао любви» Андрея Коровина

Открытый лирик — это как Мистер Икс, только наоборот. Писать без маски судьба его. По-настоящему писать. Как в подборке Андрея Коровина «Дао любви», что опубликована в сентябрьской «Дружбе народов» (№ 9, 2019). Интуитивно мне постоянно казалось, что Коровин шутит стихами а-вот-и-не-просто-так. Его эротическо-трубадурское воспевание бесконечных прекрасных девушек, их глаз, ножек, грудей, походки, одежды имеет тонкую особую цель — не дать себе очерстветь. В любой песенке Коровина в